Единая валюта БРИКС может появиться уже в августе: будет конкурентом доллару

Единая валюта БРИКС может появиться уже в августе: будет конкурентом доллару

Идея создания единой валюты стран-участниц БРИКС обсуждается уже не первый год, однако сейчас ее воплощение близко, как никогда ранее. В преддверии саммита в ЮАР, который должен состояться в этой августе, об этом синхронно сообщили сразу несколько западных изданий со ссылкой на свои источники. Страны БРИКС, в которых совокупно проживает 43% населения планеты, хотят ускорить начавшийся процесс дедолларизации мировой экономики, защитить себя от возможных санкций и любых ограничений в международной торговле. Как будет выглядеть новая валюта и сможет ли она заменить доллар США, «МК» обсудил с экспертами.

Единая валюта БРИКС может появиться уже в августе: будет конкурентом доллару

Предложение о создании единой валюты БРИКС первый раз официально было озвучено еще в 2018 году на дискуссионном клубе «Валдай». В тот момент ее видели как аналог СДР (аббревиатура от «Special Drawing Rights» — специальные права заимствования — так называется условная расчетная единица МВФ, используемая при международных расчетах и предоставлении кредитов). Предполагалось, что новая резервная валюта будет состоять из корзины валют стран БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР). А назвать ее собирались R5 в честь количества членов блока и  наименований валют стран-участниц, каждое из которых начинается с буквы «R»: real, rouble, rupee, renminbi (это название в переводе с китайского означает «народные деньги», то есть юань), rand. В тот момент дальше заявлений с высоких трибун дело не пошло. 

Доллар – главный источник нестабильности

Однако в прошлом году к идее создания валюты БРИКС снова вернулись — по инициативе нашей страны, оказавшейся под жесткими западными санкциями. Летом 2022 года президент Владимир Путин подтвердил планы блока создать собственную валюту для международной торговли, способную заменить доллар. По его словам, она должна быть основана на корзине валют входящих в БРИКС государств. Напомним, что сегодня на страны-участницы этого объединения приходится 27% мировой поверхности суши, 43% населения Земли и 26% мирового ВВП. По прогнозам портала Statista, специализирующего на анализе мировых рынков, рост этого показателя в государствах-участниках объединения будет опережать мировые темпы и увеличится с $24,2 трлн в 2021 году до $39,4 трлн к 2027 году, то есть на 62%.

Так или иначе, идея новой валюты БРИКС начала приобретать реальные очертания, и косвенным признаком этого является интерес, проявленный к ней в западной прессе накануне саммита, который начнется 22 августа в ЮАР. Согласно французскому изданию Echos, появление новой международной валюты ускорит процесс дедолларизации. Сегодня на долю БРИКС приходится четверть мирового ВВП и 18% мировой торговли. И этого может оказаться достаточно для «денежных амбиций по созданию многополярного мира, в котором не будут доминировать США». Американский деловой журнал Fortune также осветил возможные последствия от создания новой валюты БРИКС, учитывая стремление таких крупных стран, как Саудовская Аравия, Иран, Объединенные Арабские Эмираты ускорить процесс дедолларизации. Издание обратило внимание на то, что центральные банки этих стран в последние месяцы стремились перевести большую часть своих валютных резервов из доллара в золото. 

Возвращение к золотому стандарту, отменённому американцами в 1976 году в ходе Ямайской конференции, в новой валюте БРИКС, судя по западным публикациям, тоже обсуждается. США такая идея, разумеется, не по душе. О возможности обеспечения новой валюты ценным ресурсом рассуждают и в России. Чаще всего эксперты указывают на нефть или газ, но есть и более экзотические предложения. Так, в марте зампредседателя Госдумы Александр Бабаков указывал, что новая валюта может быть обеспечена таким реальным ресурсом, как земля и редкоземельные металлы (сейчас они активно используются в микроэлектронике). «Ни евро, ни доллар не обеспечены ничем, а наши страны могут сделать то, что было разрушено Бреттон-Вудской системой», — пояснил он свою идею. 

На последней конференции ШОС, которая прошла в онлайн-формате 4 июля, Китай призвал активнее отказываться от доллара и переходить на расчеты в национальных валютах. Настрой Пекина понятен, ведь власти КНР и раньше называли доллар «основным источником нестабильности и неопределенности в мировой экономике».

Корзина ценностей

Однако реальность создания новой валюты пока туманна. Даже позитивно относящиеся к этой идее эксперты очень аккуратны в своих рассуждения о том, как именно будет реализован данный проект. «Это будет инструмент, похожий на советский переводной рубль, — полагает член наблюдательного совета Гильдии финансовых аналитиков и риск-менеджеров Александр Разуваев. —  Если такое решение будет принято, то эта валюта будет привязана к «корзине ценностей» из золота, нефти, возможно, каких-то других сырьевых товаров. Я не уверен, что это правильное решение. Думаю, что странам ШОС и БРИКС нужно просто переходить на юань. У этой валюты нет никаких политических рисков». 

Большинство аналитиков указывают на трудности, с которыми могут столкнутся страны блока при его воплощении в жизнь. «Для быстрого создания альтернативы текущей доллароцентричной системе необходима политическая воля других крупных стран помимо России — Китая, Индии, Бразилии, — отмечает главный аналитик «Совкомбанка» Михаил Васильев. — Однако США и Европа остаются ключевыми торговыми партнерами Китая, Индии, Бразилии и других крупных стран. Ясно, что США будут до последнего бороться за сохранение гегемонии доллара и для этого использовать всю свою политическую, экономическую, финансовую и военную мощь». 

Если Россия из-за санкций вынуждена быстро искать альтернативу доллару и евро, то другие страны БРИКС пока имеют достаточно времени и, вероятно, продолжат использовать преимущества долларовой системы до последнего, поэтому создание такой независимой от США системы может занять годы и будет наталкиваться на яростное сопротивление со стороны американцев. «БРИКС — это искусственная агломерация стран, некоторые из которых имеют слабые экономические связи друг с другом (например, Россия с Бразилией или с ЮАР), — продолжает разговор начальник аналитического управления банка БКФ Максим Осадчий. — Кроме того, торговые потоки внутри БРИКС не сбалансированы. Россия в текущих условиях будет накапливать запасы этой неликвидной коллективной валюты — подобно тому, как наша страна уже накопила запасы неликвидных индийских рупий. Скорее всего, коллективная валюта БРИКС если и будет создана, то станет средством расчетов в операциях между центральными банками стран блока».

Кроме того, у участников наднационального объединения есть и собственные противоречия. «Проблема создания новой валюты в том, что внутри БРИКС есть конкурирующие экономики — Китай и Индия, — отмечает руководитель программы «Цифровая экономика» ИМЭБ РУДН Софья Главина. — При этом практически отсутствует общий рынок, таможенный или экономический союзы». Ранее страны уже сталкивались с такими вызовами, и преодолеть их блоку в полной мере не удалось. Так,  дискуссии о новой платежной системе на базе БРИКС — аналоге SWIFT — ведутся начиная с 2009 года, однако эти идеи так и не были реализованы. Стоит отметить, что существуют и альтернативные проекты, например, Бразилия и Аргентина рассматривают возможность создания новой валюты внутри Латинской Америки — «sur» (что в переводе с испанского — «юг»). Для этого региона характерна высокая инфляция, а создание общей валюты приведет к определенному «размыванию» проблем, указала эксперт. 

Главным вопросом в процессе дедолларизации будет не поиск альтернативы американской валюте, а скоординированные усилия стран БРИКС по уходу от экономической долларовой модели. «Показателен пример с евро, внедрение которого с момента зарождения инициативы до денежной эмиссии заняло несколько десятилетий, — говорит директор управления продаж и клиентского обслуживания ИК Fontvielle Руслан Спинка. — Странам с разным уровнем экономического развития и геополитическими амбициями порой сложно договориться между собой». В случае с БРИКС, с одной стороны, стимулов для ускорения процесса больше, чем было у ЕС, с другой — экономическая поляризация стран блока значительна, и это может стать проблемой.

«Даже если решение о единой валюте и примут, то оно, скорее, будет носить стратегический характер», — считает управляющий директор AM Capital Алексей Мурашев. Тактически же в ближайшие годы более вероятен вариант с усилением юаня как валюты крупнейшей экономики БРИКС. Кроме того, будет наращиваться доля национальных валют в трансграничных переводах, подчеркнул эксперт.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ